2839652385962938659826359823653.jpg

В сентябре 1938 г. на конференции в Мюнхене лидеры Германии, Великобритании, Франции и Италии заключили соглашение, согласно которому Чехословакия была вынуждена передать Германии Судетскую область, лишившись одной пятой своей территории, примерно четверти населения и половины промышленных предприятий[1].

Стратегические планы германского руководства в отношении Чехословакии в 1937–1938 гг.

Последствия этого соглашения были катастрофическими не только для Чехословакии, но и для стран – участниц Мюнхенской конференции: в марте 1939 г. Чехословацкая Республика перестала существовать как суверенное государство, а в сентябре того же года Франция и Великобритания оказались в состоянии войны с нацистской Германией. Таким образом, англо-французская политика «умиротворения» Гитлера, венцом которой стал «Мюнхенский сговор» с фашистскими агрессорами за счёт Чехословакии, потерпела полный крах, поскольку так и не смогла отвести угрозу войны от стран Западной Европы и направить германскую военную машину против СССР. Это произошло потому, что западноевропейские лидеры, скорее всего, исходили из совершенно неверной оценки тех стратегических планов, которые руководство Германии стремилось воплотить в жизнь во второй половине 1930-х гг.

Действительно, Гитлер основным объектом германских завоеваний считал именно СССР, что вполне соответствовало чаяниям антисоветски настроенных политиков стран Запада. Но вместе с тем германские стратеги не видели никаких шансов на успех в войне против Советского Союза, пока в тылу у Германии находился ещё один её серьезный противник – Франция. Как было убеждено германское руководство, эта страна, обладая мощными вооруженными силами и не желая допустить гегемонии Германии в Европе, могла воспользоваться удобным случаем и напасть на гитлеровский рейх с запада, если бы войска вермахта втянулись в затяжные бои на востоке[2].

В этой связи германское руководство, решая проблему поочередного разгрома главных противников Германии на европейском континенте (чтобы избежать длительной войны одновременно на два фронта), считало, что сокрушению Советского Союза как важнейшему условию установления германского господства в Европе должен предшествовать удар на западе. По мнению руководства Третьего рейха, именно этот удар, имевший целью молниеносный разгром Французской Республики, смог бы обеспечить создание решающих стратегических и экономических предпосылок для успешной борьбы против СССР. Иными словами, для германских стратегов путь вермахта на Восток лежал через Францию[3].

В свою очередь, для успешного ведения войны против Французской Республики Третьему рейху требовалось предварительно улучшить своё стратегическое и экономическое положение путём полной ликвидации таких государств, как Австрия и особенно Чехословакия, которая имела с Францией договор о союзе и дружбе, заключённый в январе 1924 г.

Именно о территориальных захватах в центре Европы как о первейшем условии для последующей борьбы против Франции, а затем против СССР Адольф Гитлер и говорил на совещании военных и политических руководителей Германии 5 ноября 1937 г., где было принято решение о переходе к активным завоеваниям в целях расширения жизненного пространства немецкого народа. Рейхсканцлер Германии, в частности, заявил, что «в целях улучшения нашего военно-политического положения при любых военных осложнениях нашей первой задачей должен быть захват Чехословакии и одновременно Австрии, чтобы снять угрозу с фланга при возможном наступлении на запад»[4]. Далее Гитлер подчеркнул, что «присоединение обоих государств к Германии означает с военно-политической точки зрения значительное облегчение положения вследствие сокращения протяжённости и улучшения начертания границ, высвобождения вооруженных сил для других целей и возможности формирования новых соединений в количестве примерно 12 дивизий – по одной новой дивизии на каждый миллион жителей»[5]. При этом Гитлер полагал «весьма вероятным, что Англия, а также предположительно и Франция втихомолку уже списали со счетов Чехословакию и согласились с тем, что когда-нибудь этот вопрос будет решён Германией»[6].

Примечательно, что предположения германского лидера подтвердились спустя несколько дней: 19 ноября 1937 г. прибывший в Германию лорд Галифакс, представитель английского правительства, в беседе с Гитлером недвусмысленно дал ему понять, что Великобритания вполне допускает возможные изменения европейского порядка, к числу которых относятся вопросы о будущем Данцига, Австрии и Чехословакии; главное, чтобы «эти изменения были произведены путём мирной эволюции»[7].

Как следствие, с конца 1937 г. германское стратегическое планирование осуществлялось уже в новых условиях, созданных позицией британских правящих кругов, что нашло своё отражение в документах. Так, в приложении к директиве главнокомандующего вермахтом Вернера фон Бломберга о единой подготовке вооруженных сил к войне (от 21 декабря 1937 г.) указывалось, что военные предпосылки для победоносного проведения наступательной войны против Чехословакии (по плану «Грюн») создадутся, как только Германия достигнет полной готовности к войне во всех отношениях. Вместе с тем введение в действие плана «Грюн» допускалось ранее этого момента, если вследствие незаинтересованности Англии в делах Центральной Европы возникнет ситуация, при которой против Германии никто, кроме Советского Союза, на стороне Чехословакии не выступит[8].

В марте 1938 г. состоялся аншлюс Австрии, после чего германское руководство приступило к непосредственной подготовке захвата Чехословакии, которая теперь была окружена территорией рейха с севера, запада и юга. Интересно, что эта подготовка исходила из предпосылки, что Франция и Великобритания не вмешаются в германо-чехословацкую войну, в то время как СССР, скорее всего, предложит Чехословакии военную помощь. Учитывая данные обстоятельства, гитлеровское руководство рассчитывало либо бескровно решить чехословацкий вопрос (так же как и с Австрией), либо захватить Чехословакию посредством молниеносного удара, полагая, что Польша и Румыния не пропустят советские сухопутные войска на чехословацкую территорию и помощь СССР жертве агрессии в основном ограничится действиями военно-воздушных и военно-морских сил[9].

Разумеется, Германии было неудобно нападать на Чехословакию просто так – нужен был подходящий повод. И поначалу в качестве такого повода гитлеровское руководство намеревалось использовать убийство германского посла в Праге, которое организовали бы сами немцы[10]. Однако впоследствии в качестве оправдания своих замыслов уничтожить Чехословакию как суверенное государство Гитлер выбрал необходимость решения так называемой «судетской проблемы». Суть её заключалась в том, что этнические немцы, проживавшие в Судетской области ЧСР, якобы испытывали всяческие притеснения со стороны чехословацких властей, и поэтому нуждались в защите. Немалую роль в искусственном обострении национальных отношений в Судетах, в создании видимости «угнетения» судетских немцев, в разжигании их стремления получить автономию и, более того, вернуться в состав германского рейха играла Судето-немецкая партия, которая финансировалась из Берлина и активно проводила подрывную работу, насаждая в Чехословакии сепаратистские настроения[11]. Со своей стороны, гитлеровское руководство, требуя признания права судетских немцев на самоопределение, постепенно превратило вопрос о статусе Судетской области в международную проблему, в результате чего Чехословакия и её потенциальные союзники были поставлены перед выбором: либо беспрецедентные уступки нацистской Германии, либо общеевропейская война.

Планируя захват территории Чехословацкой Республики, Верховное главнокомандование вермахта (ОКВ) придавало большое значение внезапности как самому важному фактору победы, который, как указывалось в директиве ОКВ от 30 мая 1938 г., уже в первые 2–3 дня войны мог не только показать бесперспективность военного положения Чехословакии, но и стимулировать немедленное нападение на неё Польши и Венгрии, имевших к ней территориальные претензии, особенно в случае, если открытые действия итальянцев на стороне Германии испугают Францию и помешают ей выступлением против Третьего рейха начать большую войну в Европе[12].

Нужно при этом сказать, что не весь германский генералитет был согласен с завоевательными планами Гитлера в отношении Чехословакии. Речь идёт прежде всего о начальнике Генерального штаба Сухопутных войск вермахта Людвиге Беке, который считал, что германская армия не сможет быстро захватить чехословацкую территорию и встретит противодействие со стороны западноевропейских держав, главным образом Франции[13]. В памятной записке от 16 июля 1938 г. генерал Бек прямо писал, что «возможности разбить в ближайшее время Чехословакию в результате военной акции, не вызвав при этом сразу вмешательства Франции и Англии, не существует. Сейчас ещё меньше шансов, чем полтора месяца тому назад, осуществить внезапное военное нападение на Чехословакию, а тем более разбить её без достаточной степени готовности»[14]. Как видно из содержания памятной записки, Людвиг Бек также сомневался в том, что Польша и Венгрия выступят против Чехословакии в поддержку Германии, а Италия посредством объявления войны Франции сможет удержать её от вмешательства в пользу Чехословацкой Республики[15].

В августе 1938 г., скорее всего, не без влияния идей генерала Бека появился расширенный вариант операции «Грюн». В его основу было положено предположение, что в случае нападения Германии на Чехословакию Франция начнет войну против германского рейха, если французы будут уверены в том, что Великобритания окажет им военную помощь[16]. При этом ожидалось, что Советский Союз встанет на сторону западных держав, США поддержат борьбу последних средствами идеологического и экономического характера, а Италия, националистическая Испания, Венгрия и Япония останутся доброжелательно нейтральны[17]. По сути, расширенный вариант операции «Грюн» ничего не сулил Германии, кроме бесперспективной борьбы на два фронта против коалиции враждебных государств[18]. В то же время следует отметить, что соображения Людвига Бека так и не были приняты во внимание Адольфом Гитлером как верховным главнокомандующим вооруженным силами Третьего рейха. В конце августа 1938 г. генерал Бек был снят с поста начальника Генерального штаба Сухопутных войск вермахта, так как его точка зрения относительно позиции Франции и Великобритании в случае германо-чехословацкой войны существенно отличалась от тех взглядов, которые господствовали среди военных и политических руководителей Германии.

Гитлер и его окружение были уверены, что англо-французская политика «умиротворения» позволит Третьему рейху успешно решить «чехословацкую проблему», поскольку западные державы не хотели идти на сотрудничество с Советским Союзом, чтобы остановить германскую экспансию в Европе, и продолжали её всячески поощрять, лишь бы только она была направлена не на Запад, а на Восток[19]. Как теперь известно, расчёты «умиротворителей» Гитлера в конечном итоге не оправдались. Именно благодаря англо-французской политике «умиротворения», апогеем которой явилось предательство Чехословакии на Мюнхенской конференции, Третьему рейху удалось улучшить свое стратегическое и экономическое положение, разрушить систему французских военных союзов в Европе и тем самым создать предпосылки для последующей борьбы со своими главными противниками сначала на западе, а затем на востоке европейского континента.

В сентябре 1938 г. в Мюнхене нацистская Германия одержала бескровную победу, которая стала решающим шагом к новой мировой войне.

Арцыбашев Валерий Александрович,

кандидат исторических наук 

Фото: Прибытие премьер-министра Великобритании Невилла Чемберлена на Мюнхенскую конференцию © LIFE MAGAZINE

 


[1] От Версаля до «Барбароссы»: Великое противостояние держав. 1920-е – начало 1940-х гг. М., 2017. С. 91.

[2] Дашичев В.И. Стратегия Гитлера – путь к катастрофе, 1933–1945: Исторические очерки, документы и материалы: В 4 т. М., 2005. Т.1. С. 145–146.  

[3] Там же. С. 146, 149–150.

[4] Государственный архив Российской Федерации (далее – ГА РФ). Ф. Р-7445. Оп. 2. Д. 140. Л. 283.  

[5] Там же. Л. 283.

[6] Там же. Л. 283.

[7] Архив Президента Российской Федерации. Ф. 3. Оп. 63. Д. 185. Л. 120.

[8] См.: Дашичев В.И. Указ. соч. Т. 1. С. 362–363.  

[9] Там же. С. 386–387.

[10] Мировые войны ХХ века: В 4 кн. М., 2002. Кн. 3. С. 39–40.  

[11] См.: Дашичев В.И. Указ. соч. Т. 1. С. 388; Мировые войны ХХ века. Кн. 3. С. 40.  

[12] ГА РФ. Ф. Р-7445. Оп. 2. Д. 140. Л. 319.  

[13] Дашичев В.И. Указ. соч. Т. 1. С. 318.

[14] Там же. 331.

[15] Там же. 331.

[16] ГА РФ. Ф. Р-7445. Оп. 2. Д. 140. Л. 249.  

[17] Там же. Л. 249.

[18] Дашичев В.И. Указ. соч. Т. 1. С. 395.

[19] См.: Сиполс В.Я. Дипломатическая борьба накануне Второй мировой войны. М., 1989. С. 190.

Поиск по сайту

ПОСЕТИТЬ ДОМ

Желаете посетить действующую выставку и Дом Российского исторического общества?

Запись

Мы в соцсетях

КНИГИ

logo.edac595dbigsmall.png

Цех историков

Жажда созидания. Русский авангард: культурный смысл «послания»

detail_pictu1297561982598612895re.jpg

«Нам трудно представить в сегодняшней прагматичной, растерявшей многие иллюзии России постреволюционный созидательный энтузиазм 20-х годов прошлого века. Голод и разруха военного коммунизма, продолжавшаяся на окраинах страны Гражданская война, скудный быт, как это ни покажется сегодня странным, порождали в головах молодых не уныние, а жажду созидания, невиданный творческий и трудовой порыв…

 

Штурм цитаделей. Красная армия против немецких крепостей в 1945 году

3982685689216358693815615.jpg

6 мая 1945 г. в Силезии сложил оружие германский гарнизон Бреслау (ныне – Вроцлав, Польша). 40 тыс. солдат вермахта, СС и фольксштурма сдались советским войскам. Бреслау был не просто осажденным городом: в Силезии окончилась эпопея «фестунгов» — крепостей Третьего Рейха, создание которых стало одной из самых неоднозначных стратегических идей гитлеровского командования за всю войну.

 

Русский флот у берегов Америки: общая история, интересы и цели

912856389168925619825896128956981258961.jpg

У России и Соединённых Штатов Америки, двух крупнейших держав, были общие интересы и цели – в освоении новых территорий, развитии государственности, проведении гражданских реформ и отстаивании человеческих ценностей. И сегодня мы замечаем много схожего в истории наших стран, народов, правителей, в судьбах отдельных людей…

Новости Региональных отделений

На Дону обнаружена древнейшая в Восточной Европе глиняная посуда

Нижнедонская археологическая экспедиция Государственного Эрмитажа во время раскопок неолитических поселений в районе Поречного острова нашла древнейшие образцы глиняной посуды, которая изготавливалась и использовалась рыбаками, жившими в этой местности 6-7 тыс. лет назад.

 

«Урок по генеалогии» в Ленинградском областном Государственном архиве

5 марта 2019 года представители Всероссийского общественного движения «Волонтеры Победы» провели «Урок по генеалогии» в Ленинградском областном Государственном архиве в г. Выборге.

 

В Хвалынске завершена реставрация настенных росписей дома Радищевых

В Хвалынской картинной галерее им. П.С. Петрова-Водкина, которая размещается в доме, где до 1917 года жили представители известного хвалынского рода Радищевых, завершилась реставрация настенных росписей. Росписи были выполненны чуть более века назад художником Львом Радищевым.

Трибуна

Юрий Тракшялис - "В небесах мы летали одних...". Круглый стол "Нормандия-Неман - 75 лет"

Из истории боевого пути 18 гвардейского Витебского дважды Краснознаменного орденов Суворова II  и Почетного Легиона авиационного полка «Нормандия-Неман» известно, что 23 февраля 1943 года 18 гв. полк под командованием гвардии подполковника Голубова вошел в состав 303-й авиационной дивизии 1-й Воздушной армии.

 

Драматическое пространство революционной реальности – сферы культурной и духовной жизни

Продолжая рассказ о Международной научной конференции «Великая российская революция: сто лет изучения», проведённой Институтом российской истории РАН совместно с Российским историческим обществом, Федеральным архивным агентством, Государственным историческим музеем и при поддержке фонда «История Отечества» 9 – 11 октября 2017 года, обратимся к двум ярким докладам.

 

«Великая российская революция: проблемы исторической памяти»

Директор Института российской истории РАН доктор исторических наук Юрий Александрович Петров в своём докладе «Великая российская революция: проблемы исторической памяти» сосредоточился на том новом знании, которое было получено отечественными историками в результате исследований последних лет в области изучения и научной трактовки государства, общества и культуры России в контексте революционных событий.

Новые материалы

Прокрутить наверх