238756823685623865862385235-4.jpg

Скульптор Паоло Трубецкой – создатель знаменитой конной статуи Императора Александра III. У этого памятника непростая судьба: его проекты неоднократно согласовывались и дорабатывались, курировал эту работу лично Николай II.

Торжественное открытие памятника Александру III состоялось 5 июня 1909 года на Знаменской площади в Санкт-Петербурге в присутствии высочайших государевых особ - Николая II и членов императорской семьи.

Монумент был установлен у Николаевского (ныне Московского) вокзала, что несло особый смысл: Император Александр III был инициатором строительства важнейшей транспортной артерии нашей страны – Транссибирской магистрали. Впрочем, на своем исконном месте памятник простоял недолго. После революции на его постаменте выбили строки из стихотворения Демьяна Бедного «Пугало», к десятилетию Октября - заключили в металлическую клетку, а после и вовсе демонтировали, убрав в запасники Русского музея. В наши дни монумент стоит в парадном дворе Мраморного дворца.

В собрании Русского музея представлена не только практически спасенная в 1939 году конная статуя работы Трубецкого, но и целый комплекс материалов, связанных с историей создания и бытования этого во многих отношениях уникального монумента.

6077_o2853682365826358riginal.jpg

5 июня 1909 года на Знаменской площади состоялось торжественное открытие памятника Александру III


Конкурс проектов был объявлен 25 ноября 1899 года, к участию в нем приглашались ведущие скульпторы-монументалисты — Александр Михайлович Опекушин, Матвей Афанасьевич Чижов, Владимир Александрович Беклемишев, Артемий Лаврентьевич Обер, Роберт Романович Бах, а также архитекторы Федор Осипович Шехтель, Антоний Осипович Томишко и другие. На первый тур Трубецкой подал эскиз сидящего на троне Александра III. Однако, тогда ни один из предложенных замыслов не был одобрен, а сроки конкурса продлены. Проект, получивший высочайшее одобрение, Трубецкой подготовил в сотрудничестве с Шехтелем. Это была уже конная статуя, стоящая на четырехугольном пьедестале, который предполагалось украсить двумя барельефами, изображающими покорение Ермаком Сибири и встречу сибиряками первого поезда.

История создания памятника Александру III более или менее подробно описывалась во многих публикациях, в частности, в 1996 году Русским музеем был выпущен буклет, включающий целый ряд исторических фотографий. Существенным дополнением к уже известным материалам стали исключительные по своей важности документы, сохранившиеся в архиве Экспедиции заготовления государственных бумаг, — протоколы заседаний специально образованной Комиссии по сооружению памятника на Знаменской площади. Её председателем Николай II назначил князя Бориса Борисовича Голицына. Членами Комиссии стали инспектор по художественной части Министерства финансов, академик архитектуры Альберт Николаевич Бенуа, вице-президент Императорской Академии художеств, гофмейстер высочайшего двора граф Иван Иванович Толстой, директор департамента железнодорожных дел Эмилий Карлович Циглер фон Шафгаузен, профессор архитектуры Антоний Осипович Томишко и создатели принятого к осуществлению проекта — скульптор Павел Петрович Трубецкой и архитектор Федор Осипович Шехтель.

К лету 1901 года были готовы сначала первая, а затем вторая (исправленная) модель конной статуи «в натуральную величину». Небольшую по сравнению с памятником скульптуру даже предполагалось перевести в бронзу способом «a cire perdue» (утраченного воска), на котором решительно настаивал Трубецкой, предлагая поручить это итальянскому литейщику Карло Робекки, который отливал для него многие станковые работы. В протоколах Комиссии также указывалось, что данный опыт позволил бы проверить, способен ли Робекки исполнить крупный монументальный заказ.

92386582638562836586235235235.jpg

Паоло Трубецкой у памятника Александру III. Фото Карла Буллы, 1909 год


Между тем Николай II, который сначала дал согласие на дополнительные расходы в 20 тысяч рублей и даже указывал, что «если бы статуя вышла удачно, то могла быть помещена в одном из музеев», через некоторое время от прежнего намерения отказался. Об этой «промежуточной» модели мы упоминаем не случайно, дело в том, что именно она запечатлена на некоторых архивных и журнальных фотографиях мастерской Трубецкого.

Иными словами, конную статую Александра III, исполненную «в натуральную величину», иногда ошибочно принимают за окончательную большую модель, которая, как свидетельствуют документы, была завершена лишь в 1904 году.

Позднее скульптор рассказывал корреспонденту «Петербургской газеты»:

«После того, как мой первоначальный проект был одобрен, я вылепил из пластилина один за другим четыре проекта в натуральную величину, восемь маленьких моделей и две — в масштабе памятника. Сработав новую модель, я уничтожал старую. Таким образом, я работал до тех пор, пока модель меня не удовлетворила».

Эти слова помогают представить, с каким напряжением трудился скульптор, причем не столько под влиянием сыпавшихся на него критических замечаний, сколько побуждаемый собственным стремлением к достижению максимальной выразительности реализуемого замысла.

Не приходится удивляться тому, что между большинством импрессионистических работ Трубецкого и монументом Александру III огромная дистанция. Размышляя над формой, архитектоникой объемов, ритмами линий, скульптор отказывался от прежних приемов лепки и постепенно, шаг за шагом, обретал новый, подчеркнуто монументальный язык пластических обобщений.

В итоге почти сказочный в своей мощи конь и столь же могучий всадник слились в ясный и цельный художественный образ, рождая то ощущение невероятной, былинной силы, которое и сделало памятник Александру III не только олицетворением одной конкретной личности, но и своего рода символом эпохи, огромной и суровой страны. Показательно, что сам Трубецкой, беседуя с Василием Розановым, говорил:

«Я хотел в образе Александра III представить великую русскую мощь, и мне кажется, что вся фигура императора на моем памятнике воплощает мою основную мысль».

Примечательны в этой связи воспоминания Мстислава Николаевича Потоцкого о встречах художников в парижской мастерской Ивана Яковлевича Билибина:

«Помню, однажды сцепились Бенуа с Трубецким из-за скульптурного портрета Александра III, Бенуа навалился на Трубецкого и, поругивая памятник, даже сравнил его с дымковской игрушкой. А Трубецкой легко согласился: «Да, я вдохновлялся вятскими игрушками, они у меня в мастерской стояли, я их очень люблю».

На рубеже XIX–XX веков многие художники черпали вдохновение в народном искусстве, создавая остросовременные и даже новаторские произведения. Этот глубинный творческий импульс, как выясняется, питал и Трубецкого.

Изучая историю памятника, нельзя не обратить внимания на то, что уже в 1900 году, в самом начале работы, на заседаниях Комиссии постоянно обсуждались вопросы, связанные с будущим пьедесталом, его формой, уточнявшимися размерами, сортом и цветом гранита. Для Трубецкого это тоже был творческий процесс, в ходе которого он не раз вносил коррективы. Неожиданностью для всех стало абсолютно новое решение постамента, предложенное скульптором на 37-м заседании Комиссии 20 октября 1903 года.

Согласно этому проекту, пьедестал должен был представлять «натурального вида невысокую, спереди крутую, а позади постепенно спускающуюся к земле гранитную скалу, местами покрытую землей, частями поросшую мхом и проч. Статуя будет изображать Государя, как бы случайно остановившегося на горе».

327568263862836586235862385682351.png

Именно таким предстает памятник на подписном рисунке Трубецкого из собрания Русского музея. Долгое время его ошибочно считали первоначальным проектом 1900 года. На самом деле этот набросок был сделан уже после открытия монумента 27 мая 1909 года в ответ на просьбу сотрудников газеты «Новое время» рассказать о замысле, который остался не осуществленным.

Исправляя ставшую традиционной неверную датировку рисунка, следует подчеркнуть тот факт, что и сама бронзовая конная статуя Александра III, не должна датироваться годом открытия памятника, как это было принято до сих пор. Согласно архивным документам, большая модель в глине была завершена Трубецким в июне 1904 года, специально приглашенный из Турина литейщик Эмилио Сперати получил в работу гипсового всадника 31 июня 1905 года. Наконец, отлитую в бронзе и покрытую патиной монументальную скульптуру приняли от Сперати на 47-м заседании Комиссии, состоявшемся 6 марта 1907 года. Еще раньше было решено сразу по завершении перевезти ее на Знаменскую площадь и покрыть «дощатым чехлом» вплоть до постановки на пьедестал. Последний еще долго не был готов, ибо гранитные блоки для него продолжали поставлять и укладывать до середины 1908 года. Одновременно обсуждалась надпись, которая в утвержденном Николаем II варианте звучала так: «ИМПЕРАТОРУ АЛЕКСАНДРУ III ДЕРЖАВНОМУ ОСНОВАТЕЛЮ ВЕЛИКОГО СИБИРСКОГО ПУТИ». 16 октября 1908 года Комиссия осматривала «как пьедестал, уже вполне законченный, так и поставленную на нем статую. Все эти работы признаны исполненными удовлетворительно». Присутствующие сочли «полезным для охраны как самого памятника, так и окружающего его места установить особый полицейский пост внутри деревянного забора».

Что касается Трубецкого, то он последний раз присутствовал на заседании Комиссии 15 апреля 1906 года. Тогда ее члены единогласно (разумеется, за исключением скульптора) одобрили составленное на высочайшее имя ходатайство, в котором предлагалось работы по сооружению пьедестала памятника предоставить «или единолично князю Трубецкому, с возложением на него и всей по этому предмету денежной отчетности и технической ответственности», или же «исключительно Комиссии, с устранением князя Трубецкого от всякого участия в этом деле. При этом Комиссия сама выработает проекты пьедестала и представит таковые на Высочайшее одобрение». На это ходатайство Сергей Юльевич Витте ответил письменным согласием: «…в виду того, что ретушь восковых частей статуи князем Трубецким исполнена, роль его в деле постройки памятника должна считаться совершенно законченной и заботы по сооружению постамента возведены на Комиссию». Окончательный вариант пьедестала был разработан архитекторами Ф.О. Шехтелем и А.А. Полищуком лишь с «небольшим уклонением от высочайше одобренной 3 июля 1901 года модели».

ПОСЕТИТЬ ДОМ

Желаете посетить действующую выставку и Дом Российского исторического общества?

Запись

Поиск по сайту

Мы в соцсетях

Вестник №3/2018

Вестник фонда "История Отечества" Журнал Воронцово поле №3/2018

КНИГИ

logo.edac595dbigsmall.png

Цех историков

Финансовая удавка. Добровольные займы в СССР

1225481263812581625861285682156816525.jpg

Массовые внутренние займы у населения являлись в Советском Союзе одним из основных источников пополнения государственного бюджета. Уже к концу 1922 г. был разработан проект выигрышного займа на 100 млн руб. золотом сроком на 10 лет.

 

Два поэта и музыка революции. Cеребряный век оплавлен пожаром

239875823856782365862385682365862353.jpg

1917 год подвел черту не только под императорской, а затем и под либеральной россией, но и под целой эпохой в истории русской культуры. То, что происходило в литературе, в живописи, в архитектуре после 1917-го, можно называть расцветом русского авангарда, можно – временем новых ярких поисков. Но декаданс и богоискательство предыдущих двадцати лет остались в прошлом.

 

Та самая «Баттерфляй»? Журналисты-сатирики о Японии в 1904–1905 гг.

гейша фот в 1904–1905 гг.

К началу ХХ столетия деловитый порыв западных держав и примкнувшей к ним России в направлении Дальнего Востока, при всём прагматизме его целей, был проникнут многочисленными мифами и стереотипами ориенталистского происхождения.

Новости Региональных отделений

Региональная идентичность и единая историческая культура

1246128754519825475129754124124arova_4.jpg

Региональное отделение Российского исторического общества в Ульяновске – молодое (создано в феврале 2017 года), но уже успевшее отметиться значимыми для региона делами.

 

XXIV Всероссийские Платоновские чтения в Самаре

0ZKH521351235115ziXeWT0.jpg

7-8 декабря 2018 года в Самарском национальном исследовательском университете имени академика С.П. Королева на базе кафедры российской истории состоялась ежегодная конференция студентов и молодых ученых – XXIV Всероссийские Платоновские чтения.

 

Премия «Народное признание 2018» в Самаре

124581725451275478125479851241248.jpg

25 декабря 2018 года в Самарском академическом театре оперы и балета в присутствии более тысячи гостей прошла торжественная церемония награждения лауреатов Областной общественной акции «Народное признание 2018».  

Трибуна

Драматическое пространство революционной реальности – сферы культурной и духовной жизни

Продолжая рассказ о Международной научной конференции «Великая российская революция: сто лет изучения», проведённой Институтом российской истории РАН совместно с Российским историческим обществом, Федеральным архивным агентством, Государственным историческим музеем и при поддержке фонда «История Отечества» 9 – 11 октября 2017 года, обратимся к двум ярким докладам.

 

«Великая российская революция: проблемы исторической памяти»

Директор Института российской истории РАН доктор исторических наук Юрий Александрович Петров в своём докладе «Великая российская революция: проблемы исторической памяти» сосредоточился на том новом знании, которое было получено отечественными историками в результате исследований последних лет в области изучения и научной трактовки государства, общества и культуры России в контексте революционных событий.

 

«Февральская революция: новая концепция японских историков»

Профессор Токийского университета Харуки Вада, признанный мэтр, а точнее, сенсэй японской русистики, в докладе «Февральская революция: новая концепция японских историков» поделился своим взглядом на революционные события вековой давности, отметив вклад в развитие новых трактовок этой проблематики со стороны таких японских исследователей, как Норие ИСИИ и Ёсиро ИКЕДА.

Прокрутить наверх