78632578426365892369856239865982365.jpg

За последние годы вышел целый ряд работ по предреволюционной истории России, наглядно показавший, как в глазах современников – людей разных идейных и политических взглядов – менялась страна, жизнь её городов, а жизнь столичная и провинциальная приобретала новые оттенки. Пожалуй, это можно назвать одним из важнейших трендов нынешнего осмысления Великой российской революции – стремление восстановить контекст революционного кризиса, вглядеться в меняющуюся повседневность жизни России, стоявшей на пороге великих потрясений.

SHAL61675435643556565629.jpgПонятно, что эти процессы перемен нам, историкам, показалось интересным перевести в конкретный разговор, подкреплённый статистическими сведениями, которые накопились ещё тогда, в начале ХХ века. Более того, нам представилось важным для особой наглядности попытаться нанести на карту результаты этих процессов, максимально визуализировав количественную информацию для её последующей качественной интерпретации. И сделать это в виде карт, схем, диаграмм... И по возможности использовать жанр инфографики, которая, кстати, делалась уже тогда и не является новым изобретением компьютерной эры. Неслучайно мы так и назвали издание – «Россия накануне великих потрясений. Социально-экономический атлас 1906-1914». Подчеркну: именно атлас. Такая форма подачи информации – атлас политической истории – дала нам возможность показать Россию во всём своеобразии её регионов, с различными темпами их развития.

И эта пестрота получившейся картины оказалась чрезвычайно важная для того, чтобы понять, что собой представляла страна в начале «века войн и революций», и как именно влиял «перепад скоростей» в её развитии на уровень стабильности в обществе и на задачи государственного управления в масштабах всё империи.

И ещё, нам важно было использовать ту статистику, которую, как правило, исследователи не использовали. А это интереснейший комплекс материалов, заслуживающий введения в научный оборот, – приложения к стенографическим отчетам Государственной думы. Там собраны объяснительные записки к законопроектам, тексты которых очень информативны. Вообще, уровень работы всех структур, которые обслуживали тогдашний российский парламент, и качество проработки информации, были очень высоки, о чём и свидетельствуют эти малоизвестные источники. Сведения, полученные из них, наглядно показывают, как менялась социальная среда и сфера демографии, как шло развитие экономики, политической жизни накануне революции. В нашей науке эти изменения предметно не были ещё в полной мере изучены.

Всё это богатство сведений, разумеется, не снимает вопрос о причинах революции, но ставит его в принципиально новой плоскости. Историкам уже нельзя отделываться дежурными фразами о «системном кризисе», переживавшемся страной. Да и сам термин «кризис» в применении к той ситуации требует расшифровки. Чтобы не получалась, как это часто бывает в нашей историографии, картина «нагнетания туч» и концентрации некоего «зла», погубившего в итоге прежнюю Россию. Надо учитывать, что кризис может иметь массу форм проявления, обладать собственной спецификой и к тому же быть этапом процесса развития, становления нового, вовсе не оканчиваясь «летальным исходом» для прежней фазы развития. При этом кризис – это всегда вызов, и судьба общества зависит от того, принимает оно или нет этот вызов.

Со времён Великой французской революции и осмысления её Токвилем, стало понятно, что революции происходят вовсе не тогда, когда положение в обществе постоянно ухудшается, а тогда, когда за временным подъёмом следует спад, по контрасту особо болезненно воспринимающийся современниками. Эта закономерность в применении к России требует более глубоких, предметных исследований. В этом направлении и работает осмысление революционной эпохи – через статистическое обоснование закономерностей вхождения общества в неё. По поводу же собственно политической истории Революции – надо отметить продуктивность интереса к таким темам, как изменение политической культуры общества, перемены «правил игры» в политике, трансформация политических институтов…

Прошедшая в октябре на площадке ИРИ РАН Международная конференция «Великая российская революция 1917 года: сто лет изучения» наглядно показала продуктивность наметившейся тенденции в сторону своего рода «новой предметности» и еще раз подтвердила: новое знание появляется лишь тогда, когда ставятся новые вопросы.

Кирилл Соловьев, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН

Поиск по сайту

ПОСЕТИТЬ ДОМ

Желаете посетить действующую выставку и Дом Российского исторического общества?

Запись

Мы в соцсетях

Вестник №3/2018

Вестник фонда "История Отечества" Журнал Воронцово поле №3/2018

КНИГИ

logo.edac595dbigsmall.png

Цех историков

Жилищная политика и повседневная жизнь в СССР 1920-х годов

893725672386582638562836856238652.jpg

«Весть о гибели Берлиоза распространилась по всему дому с какою-то сверхъестественною быстротой, и с семи часов утра четверга к Босому начали звонить по телефону, а затем и лично являться с заявлениями, в которых содержались претензии на жилплощадь покойного.

 

«Экзамен русскому народу». Февральская революция и русское общество

876543245653235232352352352.jpg

5 марта дворянское собрание Самарской губернии постановило приветствовать новую власть и Думу как орган, сплотивший «вокруг себя силы народные в борьбе с отжившей властью». Из всех приветственных телеграмм от дворянских обществ в адрес Думы и Временного правительства только в телеграмме казанского дворянства содержалась надежда на восстановление в будущем обновленной, конституционной монархии.

 

ЧСК Временного правительства. Почему не состоялся суд над «старым режимом»

329658263865862385628365862353.jpg

Свержение самодержавной власти, начавшееся в Петрограде 27 февраля 1917 г., сопровождалось арестами видных представителей «старого строя». Первым из них стал бывший министр юстиции И. Г. Щегловитов, незадолго до этого назначенный председателем Государственного совета. 

Новости Региональных отделений

В свет вышла книга известных самарских историков об Алексее Андреевиче Росовском

rosovskiy-1.jpg

В марте 2019 года вышла в свет книга Петра Серафимовича Кабытова и Андрея Ивановича Елисеева «Градоначальник Алексей Андреевич Росовский»

 

В Пензенской области открыли мемориальную доску в честь Степана Глотова

DSC_02-1.jpg

Установка мемориальной доски прошло в рамках проекта по увековечиванию памяти героев Первой мировой войны, начатого в регионе в 2018 году.

 

Региональный этап V Всероссийской олимпиады в Смоленске

smolensk-tich.jpg

5 марта 2019 года на базе Смоленского государственного университета состоялся региональный этап V Всероссийской олимпиады по истории российского предпринимательства.

Трибуна

Мировая война, европейская культура, русский бунт: к переосмыслению событий 1917 года

Нынешняя историографическая ситуация применительно к проблемам истории революции 1917 г. не кажется мне оптимистичной. Тем не менее, хотелось бы обратить внимание на заметную подвижку: революция непосредственно связывается с Первой мировой войной – сказалось соседство 100-летних коммемораций. Конечно, могут сказать, что эта мысль отнюдь не новая: еще В.И.Ленин указывал на эту связь, хотя и в особом контексте.

 

Егор Щекотихин - «В небе над Орлом развернулась воздушная война, равной которой до сих пор еще не было...»

Все мы утвердились в мысли, что Второй фронт был открыт в июне 1944 г. – в момент высадки англо-американских союзных войск в Нормандии. Это не совсем так и, главное, несправедливо. На самом деле Второй фронт открыли французы, когда накал Сталинградской битвы достиг апогея. 28 ноября 1942 г. самолеты приземлились на аэродроме у Иваново и высадили десант французских летчиков и авиамехаников эскадрильи «Нормандия».

 

Речь Ефима Пивовара на III Всероссийском съезде учителей истории и обществознания

Текст выступления президента Российского государственного гуманитарного университета, члена Совета Российского исторического общества Ефима Пивовара на III Всероссийском съезде учителей истории и обществознания

Прокрутить наверх