Уважаемый Алексей Анатольевич! Уважаемые коллеги и друзья! Я от всей души поздравляю Институт Европы РАН с 30-летием. С момента своего создания Институт прошёл уникальный, сложный и очень интересный путь становления и развития.

И за сравнительно небольшой по меркам академической науки срок он превратился, по сути, из пионера отечественной системной европеистики в один из ведущих и авторитетных научно-исследовательских центров по изучению проблем современной Европы.

Первые годы работы Института пришлись на период глубоких конформаций и в Европе, и в мировой политике, конформаций, связанных прежде всего с завершением «холодной войны», с распадом СССР и образованием Европейского союза. И приоритетной задачей нового Института стало научное осмысление происходящих перемен и выработка на их основе рекомендаций относительно наиболее оптимальной модели взаимодействия нашей страны со Старым Светом. Знаменательно, что сегодня, спустя 30 лет, экспертное и научное сообщество сталкивается с похожими задачами. Мир снова находится на переломе эпох, переживает непростой процесс формирования полицентричной системы международный отношений, правда, на нынешнем этапе Россия и Европа в определенном смысле поменялись ролями: Россия теперь вместе с остальным евразийским пространством, что называется, сосредотачивается, а Европейскому союзу угрожают процессы дезинтеграции.

Думаю, не будет преувеличением сказать, что европейская цивилизация пребывает в состоянии системного кризиса. Оттого, как именно Европа его преодолеет, во многом будет зависеть судьба не только Старого Света, но и контуры всего грядущего миропорядка в целом. Пожалуй, наиболее обсуждаемые сейчас вопросы – это будущее европейской интеграции. Мы видим, как сильно пробуксовывает проект так называемой единой Европы. Практически во всех странах Европейского союза наблюдается рост евроскептических настроений, вновь возводятся внутренние границы и барьеры, ширится пространство непонимания и недоверия между центром и периферией, недоверия между государствами–донорами и государствами–должниками, между Севером и Югом. После так называемого брекзита всё громче стали звучать разговоры о будущем распаде Евросоюза.

Мы также являемся свидетелями ускоренного разрушения и без того хрупких механизмов и инструментов обеспечения коллективной европейской безопасности, унаследованных со времен «холодной войны». Подтверждением этого стал украинский кризис, приведший к появлению на карте Европы новой горячей точки, где в результате развязанной Киевом гражданской войны до сих пор гибнут люди. События вокруг Украины убедительно продемонстрировали несовершенство той модели европейской безопасности, которую пытались создать при ключевой роли НАТО. А главное, отчетливо проявилось отсутствие среди европейской элиты достаточной воли, чтобы выйти, наконец, из фарватера американской геополитики и начать вести себя как сильный, ответственный и по-настоящему глобальный игрок. Но, пожалуй, главная опасность текущего момента для Европы заключается в том, что сегодня у неё фактически нет идей и целей, которые могли бы вести за собой Европу и человечество в целом. Поставлены под сомнение многие социально-экономические и политические завоевания и ценности европейской цивилизации, к которым на протяжении долгих лет так стремились многие неевропейские народы, - это стабильность, безопасность, демократия и устойчивое развитие.

Углубляется мировоззренческий разрыв между евробюрократией и остальным населением, которое всё чаще осознает себя как единый противостоящий верхушке класс. Словно по старой памяти, европейские элиты продолжают позиционировать себя в качестве эталонных носителей демократии. Однако же, когда в Каталонии результаты референдума как высшей и наиболее демократичной формы народного волеизъявления оказались для них неудобны, они не просто отказались их признать, но и подвергли инициаторов голосования, по сути, политическим репрессиям, а участников уличных акций в поддержку независимости – жестокому полицейскому преследованию. Здесь весьма любопытно сделать историческое сравнение, провести исторические параллели с событиями столетней давности, когда осенью 1917 года правительство молодой Советской республики в ответ на пожелание представителей финского народа предоставило Финляндии независимость. И это решение власти России принимали тогда, исходя из понимания, что именно такое решение является и исторически справедливым, и по-настоящему демократичным. Власти Испании, страны–члена Европейского союза, страны, которая считается правовым государством, поступили иначе.

Что особенно тревожно, Европа всё стремительней отказывается от собственной, христианской в своей основе, духовно-культурной идентичности. Причём делает это даже не в угоду разросшейся мусульманской общине, тоже вполне для Европы традиционной, а в силу глобальной либеральной идеологии. Современный либерализм доводит так называемое «раскрепощение человека» до абсурда, лишая его не только веры и нации, но и семьи и даже половой принадлежности. Поразительно, но даже в подобной ситуации Европа в диалоге с Россией продолжает сохранять менторский тон, позиции превосходства и исключительности. Во многом именно поэтому, несмотря на все усилия, нам так и не удалось создать единую цельную систему европейской безопасности, основанную на балансе сил и взаимного уважения интересов всех участников. И «Большая Европа» от Лиссабона до Владивостока, о которой говорили ещё Маккиндер, Хаусхофер и генерал де Голль, сегодня кажется если не утопией, то делом очень далёкого будущего.

И всё же, Россия и страны Европейского союза нуждаются друг в друге, особенно перед лицом стоящих перед нами на текущем этапе вызовов и задач. Мы обоюдно заинтересованы в том, чтобы обеспечить на всем пространстве Евразии мир и безопасность, гармоничное развитие и процветание стран и народов.

Сегодня прозападная часть Европы стоит перед выбором: продолжать следовать в фарватере американской геополитики с риском окончательно потерять собственную идентичность, либо вернуться к самой себе, обрести геополитическую субъектность и совместно с другими глобальными игроками, в том числе и с Россией, строить подлинный многополярный, стабильный и демократический миропорядок. Россия могла бы Европе в этом помочь, хотя бы потому, что наша страна сохранила те христианские в своей основе ценности, которые сама Европа в определённой части уже утратила. Россия сохранила их в том числе и для Европы. Это своего рода возвращение нами исторического долга и одновременно признание огромного вклада европейской цивилизации в развитие всего человечества, равно как и в российскую историю и российскую культуру.

Я уверен, что Институт Европы продолжит осмысление сложных вопросов и процессов, происходящих на европейском континенте, и впредь будет способствовать развитию партнёрских и взаимовыгодных отношений между Россией и странами Европейского союза, между самим Европейским союзом и Евразийским экономическим союзом. Так что, Алексей Анатольевич, в Вашем лице желаю всему коллективу Института Европы успехов, здоровья, сил в вашем очень нелегком, но ответственном труде. Желаю вам новых научных открытий.

Спасибо.

С.Е.Нарышкин