Дмитрий Левицкий. Портрет Екатерины II. 1782 год. (Фрагмент картины)

Историки Санкт-Петербургского государственного университета подвели итоги проекта Российского научного фонда о конфессиональной политике России на западных окраинах империи.

В Санкт-Петербургском государственном университете завершается работа над проектом «Западные окраины Российской империи: проблемы этноконфессиональной инкорпорации в XVIII веке», выполнявшимся при поддержке Российского научного фонда. В течение трёх лет коллектив под руководством кандидата исторических наук Екатерины Самыловской изучал, как Российская империя в XVIII столетии включала в своё правовое, административное и общественное пространство новые территории и новых подданных, принадлежавших к разным конфессиям.

XVIII век стал особым временем в истории российской государственности. Именно тогда в состав империи вошли территории Прибалтики, Речи Посполитой и Старой Финляндии. Значительная часть населения этих земель не принадлежала к православной церкви. Новыми подданными становились католики, протестанты, униаты, иудеи, мусульмане, караимы и представители других религиозных традиций. Перед российской властью стояла задача не только административно присоединить эти территории, но и выработать практики взаимодействия с населением, привыкшим жить по другим законам и в иных формах общественной организации.

На фото: Карта бывшего Королевства Польского, разделённого между Россией, Пруссией и Австрией по договорам 1772, 1793 и 1795 годов. Источник: gallica.bnf.fr / Bibliothèque nationale de France

Проект был направлен на восполнение важной историографической лакуны. До сих пор сюжеты, связанные с положением инославных и иноверных групп на западных окраинах Российской империи XVIII века, часто рассматривались изолированно друг от друга: в рамках истории дипломатии, церковной политики, правового статуса отдельных конфессий или административных практик. Участники проекта поставили перед собой более широкую цель — показать, как эти проблемы были связаны между собой и как признание религиозного многообразия помогало империи управлять новыми землями и их населением.

В основу исследования легли материалы российских, белорусских, французских и цифровых архивных собраний. Участники проекта работали с документами федеральных архивов Москвы и Санкт-Петербурга, Национального исторического архива Беларуси, Национального архива Франции, материалами периодики и мемуарами. Значительная часть источников была впервые введена в научный оборот.

Одним из важных результатов проекта стало обращение к архивному наследию историка Евгения Францевича Шмурло. В его фонде в Государственном архиве Российской Федерации сохранились рукописи работ, личная и деловая переписка, а также копии документов из Ватиканского архива, часть которых не была опубликована самим исследователем.

Особый интерес представляют материалы по истории дипломатических сношений России и Папского престола, деятельности католических миссионеров в Российском государстве, а также документы, связанные с миссией папского посланника Джованни Андреа Аркетти. Их изучение позволило показать, что конфессиональная политика Российской империи была тесно связана с межгосударственной дипломатией. В частности, Екатерина II отстаивала право российского государства вести самостоятельную конфессиональную политику на западных окраинах даже в условиях давления со стороны Папского престола.

Дмитрий Левицкий. Портрет Екатерины II. 1782 год. Источник: Русский музей

Важное место в проекте занял католический вопрос в эпоху разделов Речи Посполитой. После включения в состав Российской империи территорий с многочисленным католическим населением Петербургу нужно было выстроить отношения не только с новой паствой и духовенством, но и с Папским престолом. Речь шла о пересмотре католической иерархии, положении иезуитов в России, порядке действия папских актов в пределах империи и границах церковной юрисдикции Рима на землях, оказавшихся под российской властью. Проект также позволил проследить механизмы административной инкорпорации территорий: размещение войск, сбор контрибуций, оценку лояльности местных землевладельцев, рассмотрение жалоб и противодействие вооружённым выступлениям. За этими решениями стояли конкретные люди — священники, прихожане, городские общины, землевладельцы, чиновники, военные администраторы и представители местных элит. Им также приходилось выстраивать отношения с российской имперской властью, защищать свои права и приспосабливаться к новым законам.

В рамках проекта были рассмотрены и другие сюжеты: этноконфессиональная инкорпорация Восточной Прибалтики, правовое положение католиков, протестантов и православных в регионе, политика России по защите прав православных в Речи Посполитой до 1772 года, роль религиозного фактора в гайдамацком движении и Колиивщине, деятельность Российской православной церкви и старообрядческих общин на присоединённых территориях.

Значительное внимание было уделено интеллектуальному восприятию западных окраин. Исследователи анализировали представления немецкого философа Иоганна Готфрида Гердера о России, русских, украинцах, латышах, эстонцах и Остзейских губерниях, труды профессора российской истории Августа Людвига Шлёцера, географа Антона Фридриха Бюшинга и работы историков русского зарубежья о Великом княжестве Литовском, русско-литовских и русско-польских отношениях. Эти материалы показали, что западные окраины Российской империи были важным объектом интеллектуального осмысления: через них европейские и российские авторы рассуждали о месте России в Европе, многообразии её населения и возможностях имперского управления.

Главным научным итогом проекта стала подготовка рукописи коллективной монографии, в которой впервые в обобщённом виде рассмотрена конфессиональная инкорпорация западных окраин Российской империи XVIII века.

Проект показал, что России приходилось не просто распространять на новые земли общие имперские правила. Государству нужно было договариваться, учитывать местные традиции, приспосабливать правовые нормы и постепенно включать новые группы населения в жизнь империи. Веротерпимость в этом контексте была практическим инструментом государственной политики.

Сообщение Gazette de France от 21 апреля 1773 года об учреждении греческой церкви в Рагузе по воле Екатерины II. Источник: gallica.bnf.fr / Bibliothèque nationale de France

Результаты проекта доказывают, что расширение границ империи не сводилось к банальной унификации. Санкт-Петербург не просто переносил свои правила на новые земли, а вёл тонкую политическую игру, где общие законы постоянно сталкивались с необходимостью компромисса на местах. Государству нужно было договариваться, учитывать местные традиции, приспосабливать правовые нормы и постепенно включать новые группы населения в жизнь империи. Веротерпимость в этом контексте была практическим инструментом государственной политики.

При этом веротерпимость не означала, что государство просто оставляло новые общины жить по-старому. Россия постепенно выстраивала отношения с новыми подданными и стремилась сделать управление этими территориями более устойчивым. Благодаря проекту западные окраины Российской империи XVIII века предстают как важная динамичная лаборатория имперской политики.

«Для нас было важно показать, что веротерпимость в XVIII веке была конкретной практикой управления многообразием империи. На примере западных окраин Российской империи видно, как работал сложный механизм согласования разных правовых, религиозных и социальных порядков»,

— отмечает руководитель проекта Екатерина Самыловская.

Автор: кандидат исторических наук Степан Решетников

• Исторический опыт интеграции окраин в единое государственное и социокультурное пространство России