«Появление сей книги... наделало много шуму и произвело сильное впечатление. 3000 экземпляров разошлись в один месяц – пример единственный в нашей земле».

Процитированные слова принадлежат Пушкину, и сказано это об эпохальном для своего времени труде – «Истории государства Российского» Карамзина. В феврале 2018 года исполнилось 200 лет с момента выхода первых томов великой историографии. В связи с этим в отделе редких книг Ульяновской областной научной библиотеки открылась интересная выставка.

«В 1867 году в нашу библиотеку была передана часть рабочей библиотеки Карамзина – книги и рукописи. Это как раз те материалы, которые использовал Николай Михайлович при написании своего грандиозного труда. На выставке представлены книги тех, кого Карамзин считал своими учителями; также есть журналы – например, «Сын Отечества», где были опубликованы первые рецензии на выход «Истории». И, конечно же, мы экспонируем экземпляры первого издания книги Карамзина», – поясняет сотрудница Дворца книги Венера Морозова.

Любопытно, что в фондах областной научной библиотеки есть все издания «Истории государства Российского» на русском языке, а также публикации этого труда на греческом и французском.

«Для меня до сих пор остается загадкой, почему Карамзин – известный писатель, успешный издатель и журналист – вдруг уходит в многолетнее, почти монашеское уединение, чтобы взяться за совершенно иную работу – работу ученого и историка», - признается выступающая.

На этот вопрос попыталась ответить гостья Дворца книги – доктор филологических наук, известный карамзинист Любовь Сапченко. Во время открытия уникальной экспозиции она прочитала лекцию, обобщающую многолетние изыскания филолога по этой теме.

«Мы сейчас с трудом можем представить то поистине ошеломляющее воздействие, которое произвела публикация «Истории…» Карамзина. Многотомное издание буквально за три недели смели с полок магазинов. Труд историографа прочли даже те, кто никогда не интересовался историей в принципе», – отмечает Сапченко.

По словам лектора, книга Карамзина на многие годы определила не только то, как оценивались и воспринимались многие события отечественной истории, но и сам исторический «пантеон» – иными словами, тот набор персоналий, которые вспоминаются в первую очередь при разговоре о том или ином эпизоде хронологии России.

«Как ни странно, «История…» повлияла и на русский литературный язык, на стиль многих классических произведений русской литературы. Найти другую, столь же значимую для русской культуры книгу очень трудно», - заключает выступающая.