7 ноября 2025 года в Тульском государственном университете состоялась открытая лекция председателя Правления Российского исторического общества, члена-корреспондента Российской академии образования Руслана Гагкуева «Интервенция в годы Гражданской войны 1917–1922 годов», приуроченная к годовщине Октябрьской революции 1917 года. Советская историческая наука разделяла события тех трагических лет на разные этапы, не связывая их между собой. Сегодня историки рассматривают происходившее в 1917–1922 годах как единый революционный процесс. Но при этом Руслан Григорьевич отмечает:

«Далеко не все историки сегодня разделяют эту точку зрения, но она господствует среди исторического сообщества».

Говоря об историографии проблемы, Руслан Гагкуев особое внимание уделил советскому периоду, так как именно особое отношение к теме интервенции у советских историков определило забвение этой проблемы уже в российской историографии:

«В советское время интервенции отводилось ключевое значение. Само название этих событий звучало как “Гражданская война и иностранная военная интервенция”. То есть в названии упоминание интервенции было обязательно. В исторических работах всегда воспроизводилось именно такое название».

После архивной революции в 1990-е годах огромный массив открывшихся историкам документов по истории Белого движения отбросил тему иностранной интервенции:

«Действия контрреволюционного лагеря были известны мало, и после открытия архивов множество историков устремилось изучать именно эту тему, упуская из внимания действия стран Антанты на территории нашей страны. Отчасти это было связано и с внешней конъюнктурой».

Интервенция в 1917 году началась на Cевере России:

«Ведь именно в северные порты Мурманск и Архангельск во времена Первой мировой войны происходили поставки вооружений от союзников»,

— подчёркивает Руслан Григорьевич.

Основным предлогом оккупантов была помощь Белому движению и защита военных поставок, которые проводились Российской империи в период Первой мировой войны:

«Провозглашалась необходимость восстановления Восточного фронта в борьбе с Германией. Для командования блока Антанты было крайне важно, чтобы Восточный фронт существовал, так как он мог оттянуть на себя силы Западного фронта. На это были направлены все их усилия, связанные с тем, что планировалась высадка небольших экспедиционных сил и поддержка контрреволюции, которая создала бы собственные войска».

При этом интервенты не были заинтересованы в установлении какой-либо власти, которая отстаивала бы общероссийские интересы — будь то Белое движение или Советская Россия. Помощь Белому движению также носила двойственный характер:

«В контрреволюционной среде поставки стран Антанты рассматривались как несвоевременные и некачественные. Фактически они проводились, чтобы война продолжалась, но, чтобы в ней не одержать победу. Белые получали от европейцев уже использованную технику: самолёты, поставляемые в разобранном виде в Россию, орудия с уже расстрелянным ресурсом выстрелов, техника была неработоспособной».

При этом оккупанты не брезговали и воровством имеющихся у России ресурсов:

«Общий урон от интервенции никогда не удастся сформулировать, так как по многим вопросам не сохранились документы, а что-то и не стремились документировать».

Текст: Анастасия Димитриева